суббота, 25 августа 2012 г.

Несколько заметок о ... впечатлениях. Гурзуф

И.Репин. Прощание Пушкина с морем


Блажен, кто смолоду был молод,
Блажен, кто вовремя созрел,
Кто постепенно жизни холод
С летами вытерпеть умел...
А. С. Пушкин. "Евгений Онегин"

     Пушкину повезло. Повезло, что за крамольные стихи  с насмешками по поводу сильных мира сего он был всего лишь - спасибо мудрейшему Н. М. Карамзину - переведён по службе в Кишинёв, хотя и бывший тогда неспокойной окраиной Российской империи. Всё-таки это не Соловки, грозившие дерзкому молодому человеку...

   "Южная ссылка" - условное название, особенно если иметь в виду южный климат, весьма лояльное к нерадивому чиновнику отношение начальства, возможность относительно свободного перемещения и - главное - свободу творчества. Это не декабристы в Сибири, не Кавказ Лермонтова, это не каторга Достоевского и не Алексеевский раввелин Чернышевского, не Воронеж Мандельштама, не ГУЛАГ Солженицына - да что перечислять, судьба Слова в России всегда непроста...
     20-е годы XIX века - блестящая молодость русской литературы, когда всё - ярко, солнечно, живо, когда сюжет истории мира - на пределе страстей, в резких красках контраста между "здесь" и "там", в стремлении личности обрести своё неповторимое творческое "Я" в "толкании локтями" с пошлостью и обыденностью мира... Когда - романтизм. Пройдёт чуть-чуть времени, и мир станет предвечно сущим в своих основах, жизнь - заключена в рамки пошлой череды дней, человек со всей своей судьбой - производная среды и обстоятельств. Наступит в литературе реализм после романтизма, как взрослость - после упоительной юности...

    А пока - блаженство молодости, упоительность романтических пушкинских строк, рождённых - не в "южной ссылке", а в самых благословенных краях - в Крыму, где Пушкин оказался с семейством Раевских, совершая путь с Кавказа в Кишинёв через Тамань и Керчь.

     О Пушкине в Крыму - тут. А ниже Гурзуф - впечатление в подарок от коллеги. В коллекцию к личным впечатлению от Аккермана и впечатлению от Одессы - мест, тоже связанных с "южной ссылкой" Пушкина. И - поэтичечские строки, рождённые под впечатлением пребывания в этих краях.  И - от моря...



Волшебный край, очей отрада! Все живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда, долин приютная краса,
И струй и тополей прохлада... Все чувство путника манит,

Когда, в час утра безмятежный, в горах, дорогою прибрежной,
Привычный конь его бежит и зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит вокруг утесов Аюдага...
Погасло дневное светило;







  На море синее вечерний пал туман.
   Шуми, шуми, послушное ветрило,
  Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
   Я вижу берег отдаленный,
  Земли полуденной волшебные края;
  С волненьем и тоской туда стремлюся я,
   Воспоминаньем упоенный...
  И чувствую: в очах родились слезы вновь;
   Душа кипит и замирает;
  Мечта знакомая вокруг меня летает;
  Я вспомнил прежних лет безумную любовь,
  И все, чем я страдал, и все, что сердцу мило,
  Желаний и надежд томительный обман...
   Шуми, шуми, послушное ветрило,
  Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
  Лети, корабль, неси меня к пределам дальным
  По грозной прихоти обманчивых морей,
   Но только не к брегам печальным
   Туманной родины моей,
   Страны, где пламенем страстей
   Впервые чувства разгорались,
  Где музы нежные мне тайно улыбались,
   Где рано в бурях отцвела
   Моя потерянная младость,
  Где легкокрылая мне изменила радость
  И сердце хладное страданью предала.
   Искатель новых впечатлений,
   Я вас бежал, отечески края;
   Я вас бежал, питомцы наслаждений,
  Минутной младости минутные друзья;
  И вы, наперсницы порочных заблуждений,
  Которым без любви я жертвовал собой,
  Покоем, славою, свободой и душой,
  И вы забыты мной, изменницы младые,
  Подруги тайные моей весны златыя,
  И вы забыты мной... Но прежних сердца ран,
  Глубоких ран любви, ничто не излечило...
   Шуми, шуми, послушное ветрило,
  Волнуйся подо мной, угрюмый океан...
Редеет облаков летучая гряда;
Звезда печальная, вечерняя звезда,

Твой луч осеребрил увядшие равнины,

И дремлющий залив, и черных скал вершины;

Люблю твой слабый свет в небесной вышине:

Он думы разбудил, уснувшие во мне.

Я помню твой восход, знакомое светило,

Над мирною страной, где все для сердца мило,

Где стройны тополы в долинах вознеслись,

Где дремлет нежный мирт и темный кипарис,

И сладостно шумят полуденные волны.

Там некогда в горах, сердечной думы полный,

Над морем я влачил задумчивую лень,

Когда на хижины сходила ночи тень —

И дева юная во мгле тебя искала

И именем своим подругам называла.
Увы! зачем она блистает
Минутной, нежной красотой?

Она приметно увядает

Во цвете юности живой...

Увянет! Жизнью молодою

Не долго наслаждаться ей;

Не долго радовать собою

Счастливый круг семьи своей,

Беспечной, милой остротою

Беседы наши оживлять

И тихой, ясною душою

Страдальца душу услаждать...
Спешу в волненье дум тяжелых,
Сокрыв уныние мое,

Наслушаться речей веселых

И наглядеться на нее;

Смотрю на все ее движенья,

Внимаю каждый звук речей, —

И миг единый разлученья

Ужасен для души моей.
Мне вас не жаль, года весны моей,
Протекшие в мечтах любви напрасной, —

Мне вас не жаль, о таинства ночей,

Воспетые цевницей сладострастной:
Мне вас не жаль, неверные друзья,
Венки пиров и чаши круговые, —

Мне вас не жаль, изменницы младые, —

Задумчивый, забав чуждаюсь я.
Но где же вы, минуты умиленья,
Младых надежд, сердечной тишины?

Где прежний жар и слезы вдохновенья?..

Придите вновь, года моей весны!
Зачем безвременную скуку
Зловещей думою питать,
И неизбежную разлуку
В унынье робком ожидать?
И так уж близок день страданья!
Один, в тиши пустых полей,
Ты будешь звать воспоминанья
Потерянных тобою дней.
Тогда изгнаньем и могилой,
Несчастный, будешь ты готов
Купить хоть слово девы милой,
Хоть легкий шум ее шагов.

1 комментарий:

  1. Красиво, ох Крым, черное море, ностальгия нахлынула!!!

    ОтветитьУдалить